"ВОТ НАРОД, ЖИВУЩИЙ ОТДЕЛЬНО..." Р. Йосеф Соловейчик

Лекция, посвященная Дню Независимости Израиля

перевод В. Вудка

Каким  должно быть отношение религиозного сионизма к сионизму светскому? Нетрудно убедиться, что светский сионизм основан на ложном допущении, привнесенном в понятие Египетского союза союза общей и особенной судьбы. С основанием государства, — заявляет светский сионизм, — мы превратились в народ как прочие народы, и потеряла свою силу идея "народа, живущего отдельно".

А что же сказать насчет экстремистов этого движения, которые хотят перечеркнуть еще и идею общности судьбы евреев диаспоры и ишува (постоянного еврейского присутствия) на земле Израиля?

Это направление мысли есть не только исторически-философская ошибка, но и практический просчет. В попытках уподобить Израиль прочим государствам правительство подчас обнаруживало крайнюю наивность, не будучи в состоянии должным образом оценить создающиеся условия и понять чужие цели и намерения. Именно по детской наивности сердца положились на людей, которые потом предали нас, и восхищались их выспренними и льстивыми речами.

Рав Соловейчик о службе в Йом Кипур

Гора Синай — их прекраснейший час. Р. Йосеф Соловейчик

Перевод Н. Родман 

Когда на горе Синай народу Израилеву была предложена Тора, его ответом было: "Все, что сказал Господь, мы будем соблюдать и постигать" (наасе вэнишма) (Исход 24:7). Глагол "соблюдать" по смысловым оттенкам означает безусловное послушание и подчинение чьей-то воле; глагол же "постигать" предполагает восприятие умом и сердцем и указывает также на готовность учиться и воспринимать объяснения.

Отдав предпочтение наасе перед нишма, народ Израиля показал, что он клянется в своей абсолютной и безусловной верности еще даже до того, как ему стало известно содержание Торы или стало понятно значение входящих в нее заповедей. Израильтяне приняли на себя исключительную национальную судьбу, предъявляющую к ним столь высокие требования, без предварительных размышлений и критических оценок. В других областях жизни такого рода обязательство показалось бы скоропалительным и безрассудным. Известно, что евреи — народ не легковерный, зачастую они склонны к сомнениям и бунтарству, убедить их в чем-нибудь не так-то просто. Недаром в Библии о них говорится как о народе "жестоковыйном" ам кше орэф (Исход 32:9). Чем же объяснить их единодушный незамедлительный ответ "наасе"?.

Катарсис . Р. Йосеф Соловейчик

Перевод Рав Г. Спинадель 

Галаха никогда не перестает надеяться на человека, ни как на естественное существо, интегрированное в свое физическое окружение, ни как на духовное существо, связанное с Богом.

Терпимость Галахи имеет свои рамки. Галаха ждет от человека, чтобы он очистил себя, обретя свое настоящее достоинство. Исайя, говоря о грядущем искуплении Израиля, называет очищение необходимым условием освобождения: "...И, как в щелочи, очищу с тебя примесь" (1:25). Наши учителя говорят, что цель Торы и мицвот — заповедей — очищение человека. Иными словами, катарсис необходим для осмысленного существования, которому учит Галаха.

Так что же считает Галаха катарсисом, или очищением? Анализ литургического текста поможет нам ответить на этот вопрос. Среди утренних благословений, которые мы произносим ежедневно, благодаря Всевышнего за то, что каждое утро Он возвращает нас к активной жизни, есть два благословения, которые выглядят синонимами, и значит, одно из них как бы лишнее. Первое благословляет Всевышнего- "опоясывающий Израиль крепостью", а второе: "дающий силы усталому". Очевидно,между словом "крепость", "мощь" — коах и "сила" — гвура есть различие, которое и определяет необходимость двух благословений.

Человек Галахи . Р. Йосеф Соловейчик

Перевод Л. Китросский

В «человеке Галахи» мы видим две противоречивые сущности; два несходных образа воплощаются в его душе. С одной стороны, он далек от обычного «человека веры», как Восток от Запада, и во многом похож на прозаического человека знания; с другой стороны, он — человек Божий, онтологические взгляды которого посвящены Небу, а представления о мире питаются от сияния Шехины (Божественного присутствия). Поэтому его сознание с трудом поддается анализу с помощью методов дескриптивной психологии и современной философии религии, применявшихся к «человеку веры» в обычном понимании. «Человек Галахи» являет собой оригинальный, даже странный образ, непривычный для исследователей религий.